Польская конституция, в отличие от французской или американской наделяет президента довольно скромными полномочиями. Ему приходится делить исполнительную власть с правительством, которое обладает важнейшими компетенциями. Такая система должна была защитить возрождавшуюся после советского контроля польскую демократию от сосредоточения власти в руках одного политика. С другой стороны, когда президент и правительство представляют противостоящие политические силы, а политики проявляют злую волю, подобное устройство становится источником проблем. Именно это сейчас и происходит в Польше: спустя год со дня вступления Кароля Навроцкого в должность президента, 6 августа 2025 года. продолжается крайне враждебное сосуществование двух центров власти.
Кароль Навроцкий быстро учится — это признают даже его противники. Он — амбициозный и активный лидер, а стиль его правления, как и стиль Дональда Трампа, носит конфронтационный характер. Навроцкий использует любую возможность, чтобы расширить полномочия, которыми он располагает как глава государства. В результате его противники называют его узурпатором, нарушающим конституцию. В то же время сторонники Навроцкого восхищаются его силой и способностью добиваться поставленных целей. Стратегия Навроцкого ведет к радикальной конфронтации президента с правительством. Напряженность в верхушке власти, с одной стороны, отражает существующий в польском обществе раскол, а с другой, углубляет поляризацию между более центристским, проевропейским лагерем и националистически-консервативным. По итогам первого года у президента довольно хорошие результаты опросов: его деятельность положительно оценивают 56 % респондентов (United Surveys by IBRIS). Но как бы часто он ни повторял, что представляет весь народ, исследования показывают, что против него настроено 40 % опрошенных.
Читать далее
Навроцкого иногда называют «ветоматом»: за первые 12 месяцев правления он наложил вето на 41 закон — больше, чем любой из его предшественников за аналогичный период. Если проанализировать эти решения, можно выделить несколько тем, характерных как для самого Навроцкого, так и для современных правых сил, вытесняющих традиционных консерваторов. Как и многие лидеры ультраправого толка по всему миру, Кароль Навроцкий позиционирует себя как защитник свободы и союзник энтузиастов криптовалют. Как и ожидалось, он уже трижды наложил вето на подготовленный правительством законопроект о регулировании рынка криптовалют, сочтя документ слишком радикальным. При этом и правительство, и наблюдатели обращают внимание на то, что глава одной из самых влиятельных криптовалютных бирж Zondacrypto финансово поддерживал избирательную кампанию партии «Право и справедливость», а также самого Навроцкого.
Президент также наложил вето на признание силезского и вилямовского региональными языками. Согласно данным переписи населения, силезский в домашнем общении использует около полумиллиона жителей Польши, а вилямовскую идентичность указали 85 человек, из них 10 используют язык в быту. Вряд ли вето кого-то удивило: националисты и президент Навроцкий последовательно выступают против расширения прав меньшинств.
Конфронтация двух центров исполнительной власти также затрудняет восстановление судебной системы, разрушенной предыдущей правящей командой в ходе борьбы с системой и элитами. Навроцкий, критикует европейскую климатическую политику, что типично для представителя новых радикальных (не консервативных) правых сил. И в этом случае речь идет не о президентском вето: по примеру своего идейного союзника, бывшего премьер-министра Венгрии Виктора Орбана, он хочет провести по этому вопросу референдум.
Наибольший резонанс, однако, получило вето, касавшееся общеевропейской программы SAFE, ориентированной на ускорение вооружения государств-членов ЕС и развитие европейской оборонной промышленности. Навроцкий и его сторонники утверждают, что SAFE грозит рискованным увеличением долговой нагрузки на поляков. Критики президента отмечают, что ради собственных политических интересов он ставит под угрозу безопасность страны.
В 2027 году в Польше состоятся парламентские выборы, которые могут привести к возвращению правых к власти. Но Навроцкий борется не только с правительством Дональда Туска, но одновременно ведет вторую кампанию: за лидерство в оппозиции. После долгих лет доминирования на правом политическом фланге политические позиции Ярослава Качиньского пошатнулись, не последнюю роль играет и его возраст. Таким образом среди политиков началась борьба за преемничество. Помимо «Права и справедливости», набирают силу еще более радикальные объединения: «Конфедерация» Кшиштофа Босака и Славомира Ментцена и «Конфедерация Польской Короны» Гжегожа Брауна. Кроме того, в ПиС произошел раскол, и Матеуш Моравецкий создал собственную фракцию. Навроцкий стал президентом благодаря поддержке ПиС, однако никогда не был членом этой партии. В идейном отношении он представляет более радикальные силы правого фланга и поэтому скорее близок к «Конфедерации», с которой у него сложились хорошие отношения.
Кароль Навроцкий и Славомир Ментцен. Источник: Sławomir Mentzen / XЗаняв Президентский дворец, Кароль Навроцкий стал самым сильным политиком правых сил. Его предшественник Анджей Дуда был настолько политически слаб и зависим от Ярослава Качиньского, что сразу после окончания президентского срока перестал играть какую-либо значимую роль в польской политике. Навроцкий же чрезвычайно амбициозен, и можно предположить, что он еще долго будет оставаться одним из главных игроков на политической сцене страны. В соответствии с общеевропейскими тенденциями президент сдвигает польскую политику вправо. Центристское правительство в Варшаве считает, что не может слишком активно противостоять правой волне, поскольку в противном случае потеряет поддержку общества и проиграет выборы. Поэтому, что у него нет больших возможностей противостоять набирающим обороты правым настроениям, так как это чревато поражением на выборах, кабинет Туска отказывается от слишком прогрессивных инициатив: например от введения возможности заключать браки между людьми одного пола. Некоторые эксперты предупреждают, что такая стратегия дает обратный результат.
Согласно конституции, внешняя политика Польши находится в ведении правительства, а президент выполняет представительскую функцию. Кароль Навроцкий однако пытается расширить сферу своего влияния. В результате конфликта между президентом и правительством у Варшавы нет послов почти в 70 государствах, в том числе в Киеве и Вашингтоне. На местах их обязанности исполняют поверенные в делах. Президент отказывается подписывать их назначения и спорит с правительством по поводу толкования конституции. По мнению критиков, он узурпирует власть и нарушает важнейший для государства документ. Авторы конституции не позаботились о безопасности системы на случай столь острого конфликта между представителями власти.
Многие эксперты и граждане сходятся во мнении, что система разделения исполнительной власти нуждается в реформе, но изменить конституцию при нынешнем уровне поляризации невозможно: ни один из политических лагерей в Польше не получает на выборах достаточного преимущества, чтобы собрать необходимые для этого ⅔ голосов в парламенте. В соответствии с общеевропейской популистской тенденцией внешняя политика Польши все больше подчиняется логике внутренней политической борьбы.
Кароль Навроцкий гордится хорошими отношениями с Дональдом Трампом, который действительно поддержал его во время избирательной кампании. Лидеров объединяет, среди прочего, основанный на демонстрации силы политический стиль альфа-самца, только Навроцкий моложе и может с гордостью демонстрировать физическую форму. Объединяет их и политическая идеология: это не консервативные политики, а представители современных, более радикальных и агрессивных версий правого движения.
Читать далее
Трамп обещает MAGA (Make America Great Again), Навроцкий заявляет: «Прежде всего Польша, прежде всего поляки». Близость к Трампу, хотя и не столь значимая, как уверяет сам Навроцкий, — преимущество польского президента, поскольку хорошие двусторонние отношения с США имеют для Варшавы ключевое значение из-за угрозы со стороны России. Необходимость максимального присутствия американской армии на территории Польши признают все основные партии. Однако возникают противоречия в вопросе, должна ли Польша одновременно стремиться к укреплению Европейского союза и может ли ЕС быть также стратегическим гарантом безопасности страны. Нынешнее правительство утверждает, что Вашингтон и европейские союзники одинаково важны.
Кароль Навроцкий и Дональд Трамп. Источник: U.S. Mission to the EU / InstagramПрезидент Навроцкий настроен по отношению к Евросоюзу скептически. Он, правда, не призывает к Полекситу, но сосредоточен на критике политики Брюсселя и идей дальнейшей интеграции. Его позиция объясняется как идеологическими, антилиберальными взглядами, так и распространенным в правых кругах убеждением, что ключевую роль играет американская армия, поскольку Европа слаба. В речи, посвященной годовщине своего президентства, Навроцкий вновь заговорил об идее строительства в Польше «Форта "Трамп"». Американская военная база в Польше. Эта инициатива должна польстить нарциссическому эго Дональда Трампа и убедить его увеличить присутствие американских войск в Польше.
Навроцкий близок к национал-демократической традиции, которая в прошлом и в наши дни по меньшей мере скептически настроена по отношению к Украине и украинцам.
Пусть они убивают советских людей, которые на них напали, там, в Украине — мы, поляки, плакать не станем. Тут они всегда могут рассчитывать на нашу помощь, потому что, если бьют москаля, Польша помогает, даже если не участвует в войне непосредственно. Таков стратегический интерес Польши.
Иными словами, президент не ставит под сомнение военную поддержку Украины, однако в остальных вопросах смотрит на поддержку Киева и украинцев скорее скептически. Он называет это реалистичным подходом к отношениям и обвиняет предыдущие польские власти в наивности по отношению к Киеву.
По мнению многих экспертов, Навроцкий — один из главных политиков, ответственных за рост антиукраинских настроений в Польше. Еще будучи кандидатом в президенты, он ставил под сомнение возможность интеграции Украины в НАТО и Европейский союз, а сегодня он обещает запретить в Польше «бандеровскую» символику, хотя до сих пор неясно, какие именно символы он имеет в виду.
Вместе с Владимиром Зеленским Навроцкий стал причиной крупнейшего в истории Польши и Украины кризиса в двусторонних отношениях. Все началось с того, что украинский президент присвоил одному из подразделений ВСУ имя «Героев УПА», что из-за Волынского преступления вызвало в Польше негативную реакцию. Президент Польши сделал ставку на эскалацию и объявил о лишении Зеленского высшей государственной награды Польши. Оба политика показали себя как лидеры, способные занять жесткую позицию по отношению к соседу, и получили одобрение значительной части граждан.
.jpg?updatedAt=1781693927238&tr=w-600%2Ch-400%2Cq-65%2Cfo-center)
Согласно результатам опросов, проведенных Центром исследования общественного мнения (CBOS), поляки чаще всего воспринимают Кароля Навроцкого как человека решительного, руководствующегося собственной системой ценностей, представляющего прежде всего интересы своего политического окружения, стоящего на страже традиций и национальных интересов, а также имеющего собственные представления о развитии страны. При этом, по мнению опрошенных, Навроцкого нельзя назвать независимым арбитром или политиком, который защищает права всех меньшинств.
Символично, что незадолго до годовщины своего президентства Кароль Навроцкий помиловал самого известного польского футбольного хулигана Петра «Старуха» Старуховича, которому ранее был запрещен вход на стадионы. С точки зрения правых кругов, президент продемонстрировал силу и встал на защиту человека, несправедливо пострадавшего от системы. Противники же Навроцкого убеждены, что таким образом он отдает долг поддержавшим его футбольным фанатам. Президент, в соответствии с духом современной политики, не только не боится спорных жестов, но и ловко использует разгорающиеся вокруг них скандалы. Он умеет навязывать политическую повестку.
Противники попрекают его тайным употреблением снюса, сомнительными знакомствами и считают, что он недостоин занимать пост президента. Сторонники же ценят его за образ простого, но сильного парня из соседней панельки. Гордого поляка. И политика, выступающего против системы.
Переводчик Ольга Чехова
